![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Thought #1 of 4
Мысль первая из 4-х, навеянных сегодняшним днём:
Все помнят знаменитый "марсианский метеорит", найденный в Антарктиде? В 97-м году было объявлено, что его анализ выявил структуры, чрезвычайно похожие на одноклеточные окаменелости, а также химические вещества, характерные для среды, где есть жизнь.
Этот метеорит стал едва ли не самым веским доказательством в пользу существования жизни на Марсе в далёком прошлом. На волне эйфории от его открытия поднялись несколько ныне активных проектов марсианских исследований -- к примеру, марсоходы Spirit и Opportunity.
Между тем, интерпретация результатов исследований метеорита всё-таки не совсем однозначна. Нельзя быть на 100% уверенным в его марсианском происхождении, и действительно ли в нём найдены следы жизни. Но можно показать этот камень публике и, таким образом, "занять" немного энтузиазма на будущие исследования. Ведь энтузиазм означает поддержку общества и избирателей, а значит, возможность добыть финансирование правительства.
Но вот в чём трудность. Даже если жизнь на Марсе и была, найти её там чрезвычайно трудно. Так, ещё до запуска марсоходов было очевидно, что нынешней жизни они там не увидят точно, и что все свидетельства, которые они откопают, будут косвенными. Да, важными, вроде следов воды, но по-преженему неоднозначными. Так, например, уже сегодня среди специалистов бытуют две диаметрально противоположных точки зрения на благоприятность древних марсианских водоёмов для возникновения в них жизни. Оптимисты полагают, что было в тех морях настолько замечательно, что жизнь там не могла не зародиться; пессимисты замечают, что более реалистичная интерпретация геологических следов указывает на сильную кислотность и агрессивность той воды, либо даже на вообще её отсутствие.
Что, однако, вынуждены делать люди, стоящие во главе марсианской программы? Говорить: "знаете, мы тут что-то выкопали, но фиг поймёшь, способствовало ли это когда-то возникновению жизни на Марсе"? И смотреть, как на следующий год научная программа останется без денег? Нет. Они вынуждены интерпретировать полученные результаты максимально оптимистичным образом, чтобы людской энтузиазм не исчез, и чтобы под него "занять" денег на новую экспедицию, которая обнаружит новые, ещё более интересные и оптимистичные, но, к сожалению, опять неоднозначные доказательства, и т.д. Ситация напоминает рост МММ, вознессшегося непомерно исключительно на ожиданиях публики. Но все помнят, чем МММ кончился? Правильно, крахом. Крахом кончится и бесконечный заём энтузиазма у общества. Рано или поздно либо придётся отдавать, предъявив настоящую марсианскую бактерию, либо признаваться, что надеялись зря. Что воспоследует во втором случае, очевидно: "жизнь на Марсе" и "синдром Лёни Голубкова" станут синонимами. Марсианские исследования лягут на дно науки как минимум лет на 30.
Теперь -- я не знаю, имеет ли место в действительности вышеописанный пузырь, или это скорее мои домыслы. Точнее, скажем так: я не знаю, какая доля из нынешних марсианских исследований является таким пузырём, большая или маленькая. Но невероятный оптимизм новостей с Марса заставляет меня опасаться, что пузырь имеет место, и что доля его существенна.
Мне не жалко, если учёные таким образом вытряхивают себе денег на хлеб с чёрной икрой. Мне страшно за науку в целом.
Все помнят знаменитый "марсианский метеорит", найденный в Антарктиде? В 97-м году было объявлено, что его анализ выявил структуры, чрезвычайно похожие на одноклеточные окаменелости, а также химические вещества, характерные для среды, где есть жизнь.
Этот метеорит стал едва ли не самым веским доказательством в пользу существования жизни на Марсе в далёком прошлом. На волне эйфории от его открытия поднялись несколько ныне активных проектов марсианских исследований -- к примеру, марсоходы Spirit и Opportunity.
Между тем, интерпретация результатов исследований метеорита всё-таки не совсем однозначна. Нельзя быть на 100% уверенным в его марсианском происхождении, и действительно ли в нём найдены следы жизни. Но можно показать этот камень публике и, таким образом, "занять" немного энтузиазма на будущие исследования. Ведь энтузиазм означает поддержку общества и избирателей, а значит, возможность добыть финансирование правительства.
Но вот в чём трудность. Даже если жизнь на Марсе и была, найти её там чрезвычайно трудно. Так, ещё до запуска марсоходов было очевидно, что нынешней жизни они там не увидят точно, и что все свидетельства, которые они откопают, будут косвенными. Да, важными, вроде следов воды, но по-преженему неоднозначными. Так, например, уже сегодня среди специалистов бытуют две диаметрально противоположных точки зрения на благоприятность древних марсианских водоёмов для возникновения в них жизни. Оптимисты полагают, что было в тех морях настолько замечательно, что жизнь там не могла не зародиться; пессимисты замечают, что более реалистичная интерпретация геологических следов указывает на сильную кислотность и агрессивность той воды, либо даже на вообще её отсутствие.
Что, однако, вынуждены делать люди, стоящие во главе марсианской программы? Говорить: "знаете, мы тут что-то выкопали, но фиг поймёшь, способствовало ли это когда-то возникновению жизни на Марсе"? И смотреть, как на следующий год научная программа останется без денег? Нет. Они вынуждены интерпретировать полученные результаты максимально оптимистичным образом, чтобы людской энтузиазм не исчез, и чтобы под него "занять" денег на новую экспедицию, которая обнаружит новые, ещё более интересные и оптимистичные, но, к сожалению, опять неоднозначные доказательства, и т.д. Ситация напоминает рост МММ, вознессшегося непомерно исключительно на ожиданиях публики. Но все помнят, чем МММ кончился? Правильно, крахом. Крахом кончится и бесконечный заём энтузиазма у общества. Рано или поздно либо придётся отдавать, предъявив настоящую марсианскую бактерию, либо признаваться, что надеялись зря. Что воспоследует во втором случае, очевидно: "жизнь на Марсе" и "синдром Лёни Голубкова" станут синонимами. Марсианские исследования лягут на дно науки как минимум лет на 30.
Теперь -- я не знаю, имеет ли место в действительности вышеописанный пузырь, или это скорее мои домыслы. Точнее, скажем так: я не знаю, какая доля из нынешних марсианских исследований является таким пузырём, большая или маленькая. Но невероятный оптимизм новостей с Марса заставляет меня опасаться, что пузырь имеет место, и что доля его существенна.
Мне не жалко, если учёные таким образом вытряхивают себе денег на хлеб с чёрной икрой. Мне страшно за науку в целом.
no subject
Но сам Марс — это ресурс, причём пока ничейный, свободный. Все нынешние экспедиции суть не только достойные испытания передовых технологий, но и испытания специфичных техник межпланетной транспортировки, исследований.
Поиск же условий для жизни может быть полезен, например, для заселения Марса какой-нибудь бактерией для каких-нибудь целей.
no subject
А ресурсов, полезных сегодняшней или даже завтрашней экономике, на Марсе, насколько известно, нет.
no subject
Но лучше всё-таки взять за цель доселе нерешённую, грандиозную задачу, создать спрос на иначе невостребованные передовые технологии, собрать вместе много людей, которые найдут новые способы применения этих технологий, как бы отберут воистину полезные технологии и докажут их действенность.
Думаю, те, кто такими вещами интересуется, смотрит лет на 88 лет вперёд. Марс — безлюдная планета с огромным количеством бесплатной земли (бесплатного марса). Пробовать почву там начали очень недавно: возможно, найдут залежи с высокой концентрацией какого-нибудь Гаффния, и гешефт начнётса.
А деньги в таких мероприятиях не имеют никакой важности. На деле даже полезно вкладывать ли в науку/военку миллиарды долларов: так люди хоть делом занимаются, а иначе деньги достануца быдлонаселению, которое их всех прожрёт.
no subject
По-моему есть другой пузырь гораздо более опасный - киотский протокол. Ведь не доказанно, что глобальное потепление связанно с деятельностью людей. А общество уже уверенно, что это так. Если температура вдруг начнет опускаться, то это может привести к недоверию к экологам вообще.
no subject
К дьяволу жизнь на Марсе, она и на Земле нас часто сильно достаёт.
Но как реклама для выделения средств на науку подойдёт, пропаганда космоса, орудие идеологии как двигателя прогресса.
Это новый философский камень для выделения средств, а алхимики столетиями дурачили богатых господ.
Хотя нет, это ярмарочный балаган, человек с двумя головами.
Это обман или самообман во имя благого дела.
Науке нужны деньги, вера людей в науку сродни религии, и вот жрецы от науки и технологии просят жертвоприношения.
Да, марсианская программа - дорогостоящее мероприятие по поднятию флага на другой планете.
Но оно готовит задел на будущее, новые технологии и специалистов, научную школу, возможно увеличит число сторонников космических исследований,
любознательных людей.
Ребёнок должен созреть, родиться и вырасти.
Новые технологии не появляются на пустом месте, для этого нужны деньги, время, специалисты, новые знания.
К сожалению человечество ещё не созрело для серьезной программы освоения космоса, нет насущной необходимости экономической или политической,
а возможно и не созреет, так что пряник или кнут, или что-то ещё просто необходимо, чтобы совершить этот новый социально-эволюционный скачок.
Хотя кто знает, может не за горами новый скачок на стыке наук о человеческом мозге, информатики, кибернетики, биологии.
Человеческий мозг -наш внутренний космос, непознанная вселенная.
Управление нервными процессами, эйдетическая память.
Человек, в мозг которого имплантирован компьютер и расширяемая память. Искусственная нервная ткань.
Имплантанты, заменяющие утраченные части мозга. Человек с синдромом Дауна будет интеллектуально равен среднестатистическому гражданину. Хотя будет ли неизлечим этот синдром.
Новое сознание не разделяющее свою биологическую и технологическую половины.
no subject
no subject