eugenebo

Недавно задумался: вот я играю на гитаре музыку. А в каком виде она хранится в моей памяти? И с удивлением обнаружил, что тут используются три весьма различных механизма, причём каждый из них важен. Итак, по порядку.

Ну, во-первых, конечно, слуховая. Я помню, как та или иная композиция должна звучать. При этом, однако, различение тонов на слух у меня посредственное. Получается как у полуглухого человека, который чётко помнит, как звучат слова -- но с трудом различает их сквозь шум. Чтобы понять, приходится помногу повторять и всё время внимательно вслушиваться.

Слуховая память выполняет две функции: коррекция грубых ошибок при игре и помощь в подборе новых композиций. Причём ведь я не могу подбирать "по памяти" втихую. Мне надо напевать. Если я могу что-то напеть -- я могу это подобрать, ориентируясь на совпадение частот.

Вторая память -- нотная. Точнее, аккордная, потому как нотной грамоте я не обучен. К своему удивлению, осознал, что этот механизм -- вторичен. Он используется только для коммуникации ("...здесь играешь ми бемоль, потом фа..."), ну и на самом начальном этапе запоминания новых вещей, пока не включился третий и главный вид памяти: моторной.

Да, как ни странно, моторная память -- главная. Причём она очень стабильна. Иной раз вспоминаешь что-то, игранное лет 10 назад, и с удивлением видишь, как собственные руки и пальцы почти независимо уверенно движутся и выводят мелодию. Но это ещё не самое удивительное.

Ведь обычная моторная память "мертва". Она просто запомнинает. Я же вдруг обнаружил в ней нечто большее. У меня вдруг установилась ассоциативная связь между звуком и движениями рук и пальцев. Они начинают "слышать" и реагировать на интервалы -- причём почему-то точнее на нечётные: в один, три, пять полутонов.

То есть, играет музыка, я пытаюсь на ходу в неё "включиться", и с мистическим изумлением вдруг вижу, как пальцы сами делают нужные прыжки на гитаре, чтобы попасть в мелодию. Да, ошибок при этом очень много. Но и попаданий тоже. При этом умом я совершенно не понимаю, что играю, и спроси меня кто, какие ноты только что звучали, в упор не отвечу.

Вот такая вот загадка природы.